Dr. Born

Чем безупречнее человек снаружи, тем больше демонов у него внутри © Зигмунд Фрейд

Сын уходит из дома

Проблемы в семье

Вопрос.

Мальчик 7 лет, нормально развит, ходим в 1 класс. Очень шустрый. Проблем с уроками практически не возникает, учится хорошо. Бывает, правда закатывает истерики: не хочу, не буду уроки делать, но договариваемся мирно. И вот последнее время, достаточно часто, если что-то ему не нравится или возникает конфликт, начинает рыдать с криками: «уйду из дома, от тебя подальше» и в подобном роде. Единственный для него непререкаемый авторитет это папа. Муж с ним разговаривает достаточно спокойно. О телесных наказаниях никакой речи даже нет. Я бывает, конечно, срываюсь и кричу на него, и сразу такая реакция. Я в шоке, просто руки опускаются. Не знаю как себя вести, как реагировать, что ему говорить в подобной ситуации и что делать. Пожалуйста, подскажите.

Ответ.

С одной стороны, ничего страшного в подобных высказываниях нет. Многие дети проходят через проверку того, как действует подобный шантаж на родителей. Ребенок и механизм шантажа познает, и получает возможность удостовериться в надежности родителей, которые докажут в очередной раз, как он им важен. Другое дело, что у Вас появляется повод задуматься, нет ли в Вашей семье (или Вашем окружении) привычки шантажировать друг друга угрозой бросить. Такая угроза часто может звучать достаточно безобидно: «Раз ты меня не слушаешься, я ухожу», — говорят иногда родители своему ребенку. Это можно услышать и на улице, когда малыш упрямится и не желает идти вслед за мамой, и в магазине, когда игрушки притянули внимание ребенка. Дома может звучать похожий вариант или более грубый: «Не нужен мне такой мальчик!». Бросание – отвержение родители демонстрируют, когда выставляют ребенка из комнаты в наказание или перестают разговаривать, показывая, что обиделись. Малыш часто видит, как взрослые используют в конфликтах подобный поведенческий стереотип: хлопают дверью, уходят в обиде «в ночь». Такого рода наблюдения приводят ребенка к выводу, что близкие люди могут друг друга наказывать подобным бросанием, а значит, может и он.

Что делать? Давайте разберем по пунктам:

  1. Показываем ребенку, что понимаем его реакцию, его чувства, вербализируем их: «Я понимаю, что ты злишься на меня за то, что я не разрешаю тебе …. И я понимаю, что тебе хотелось бы как следует напугать меня, чтобы я не …».
  2. Поясняем правила жизни в семье: «Мы семья, мы не можем друг друга бросать и выгонять. Я всегда буду твоей мамой, а мы всегда будешь моим сыном. Мы может злиться друг на друга, но при этом мы остаемся семьей». Надо отделить чувства от поведения, показать, что злиться можно, это нормальная эмоциональная реакция на ситуацию, в которой что-то не нравится. А вот бросать друг друга нельзя.
  3. Отражаем свою реакцию на его слова: «Мне неприятно, когда ты угрожаешь мне, что уйдешь из дома».
  4. Сообщаем о том, какого поведения ожидаем вместо угроз. Возможно, уступки с его стороны. И не потому, что «кто-то более прав», а просто Вы мама, а значит в семейной иерархии Вы в списке VIP-персон. А может быть, Вам бы хотелось, чтобы он научился приходить к компромиссу. Тогда учим его тому, как достигать 50 % своих интересов при том, что оппонент (мама) остается при своих 50 %.
  5. Сообщаем о своих дальнейших действиях в связи с его угрозой: «Так как мне подобная угроза не приятна, я не буду вообще принимать ее в расчет».
  6. А далее используем принципы поведенческой психологии: положительное подкрепление поведения, в котором мы заинтересованы, приводит к увеличению вероятности его повторения, а игнорирование неугодного нам поведения заканчивается его постепенным угашением. То есть нам надо перестать эмоционально реагировать на его угрозы, приняв решение, что это просто дань возрасту, период его развития и не более того, а попытки договориться с Вами, придти к компромиссу или его уступку надо всячески поощрять.

Этих шагов должно быть достаточно для урегулирования проблемы, когда ребенку 7 лет, а семья обычная, среднестатистическая. С подростком все гораздо сложнее, так как угрозу он может реализовать. Но если ребенок в 7-ми летнем возрасте усваивает, что «в нашей семье не бросают друг друга как бы не злились и не обижались», то в подростковом возрасте этой проблемы уже не будет. Правда, будут другие.

Психотерапевт Игорь Гожий.

Вопрос и ответ с конференции сайта http://www.myriamm.ru/

Если сын ушел из дома…

Каждые два дня в Калужской области пропадает ребенок – такие тревожные данные приводит следственный комитет. Многим памятна история 15-летней Карины, скитавшейся несколько месяцев с друзьями по разным городам и весям. А совсем недавно маленький мальчик решил «проучить» маму и тоже инсценировал побег, исчезнув на целую ночь. Почему дети уходят из дома, как их вернуть, и, главное, что делать родителям в столь непростой ситуации – рассказывает Олеся Игнатова, кандидат психологических наук, заместитель директора по организационно-методической работе психолого-медико-педагогического центра диагностики и консультирования г. Калуги.

Замыслил я побег

Почему дети уходят из дома? Причин этому может быть, как минимум, три. Причина первая и, пожалуй, самая серьезная – пориомания, психическое расстройство, проявляющееся в немотивированной и непреодолимой тяге к бродяжничеству. Это как клаустрофобия или агорафобия, только страх вызывают не открытые или замкнутые пространства, а постоянство и однообразие обстановки. У больного периодически возникает беспокойное состояние, на фоне которого проявляется неудержимое влечение к перемене мест. Первоначально он пытается подавить возникающее стремление, но оно становится все более и более доминирующим, непреодолимым, и, наконец, достигает такой степени, что больной, не думая о последствиях, отправляется на ближайший вокзал, пристань, нередко без копейки денег, никого не предупредив, садится на поезд, пароход и едет, куда глаза глядят.

Как правило, поездка продолжается несколько дней, во время которых человек плохо питается, бедствует, но тем не менее едет дальше. Затем наступает состояние облегчения, душевного расслабления. Полуголодный, грязный, измученный человек возвращается домой сам или при помощи посторонних людей, но светлый промежуток бывает очень недолгим и через некоторое время повторяется прежняя картина.

Последние исследования свидетельствуют, что это не просто поведенческая зависимость, а один из показателей психического заболевания, например, шизофрении или невротических отклонений.

Таких людей невозможно удержать ни домом, ни отношениями, поэтому единственный выход – лечение в психиатрической больнице.

Причина вторая, менее опасная, — нарушение конструкта базового доверия к миру, которое формируется у ребенка до трех лет через общение с мамой и родными. Причем проявляется оно как недоверие к миру вообще. Для нормального человека мир и люди априори добрые, и лишь потом это мнение корректируется в зависимости от конкретной ситуации.

Но для некоторых людей мир опасен и зол, даже самые близкие люди пользуются доверием лишь до определенного времени: человек постоянно ждет подвоха.

Такие люди часто уходят из дома именно потому, что не доверяют. Это состояние немного похоже на паранойю, но заболеванием в прямом смысле слова не является. С такими симптомами человеку необходимо идти к психотерапевту, который вернет человека к нормальному состоянию путем длительной терапии, бесед.

Третье, с чем как раз и работают психологи, — ситуативное бродяжничество — когда дети, чаще всего в подростковом возрасте, уходят из дома. Почему в группу риска попадают именно подростки?

Все очень просто: бомбардировка мозга гормонами, перестройка тела, завершается поло-ролевая идентификация — все это происходит одновременно и в довольно сжатые сроки, поэтому из всех возрастных кризисов этот самый бурный и самый сложный. Дети уходят из дома не потому, что у них мания или тяга, а потому что их что-то не устраивает во взаимоотношениях с родными и близкими. Об этом и поговорим подробнее.

И у меня на это сто причин

Если подросток уходит из дома, в первую очередь, ищите причину в доме: ни один нормальный человек не покинет родное и уютное место, если его не подтолкнуть.

Чаще всего главный повод хлопнуть дверью – разрушение гармоничных родительско-детских отношений.

Подросток – это пограничник, еще не взрослый, но уже и не ребенок. И об этом родители часто забывают, по привычке продолжая относится к своему сыну, как к маленькому мальчику: контролируют, не прислушиваются к его мнению. Уход из дома является своеобразным протестом, громким заявлением, декларацией собственный прав.

Гипоопека и гиперопека тоже могут спровоцировать ребенка. Бесконечно заботливая бабушка с вечным вопросом «А ты шарфик повязал?» или, напротив, равнодушная и безучастная мама, которой все равно, где и с кем пропадает ее дочка. Второй вариант –самый печальный. У ребенка не формируется привязанность к дому, к родителям, он, как перекати-поле, скитается из одного места в другое.

Но не всегда ребенок выступает в качестве невинной жертвы. Дети – прекрасные психологи, они понимают, что если хочется получить желаемое, нужно просто надавить на больное место. Отсюда и демонстративные заявления: не купите новый телефон или не разрешите гулять до двенадцати – уйду из дома. Родителям не стоит паниковать, это обычная манипуляция. Вспомните себя. Все мы убегали, но потом, постояв два часа в подъезде или совершив пару кругов по округе, благополучно возвращались в родные пенаты.

Дело в том, что ребенок разрывается между нежеланием находиться дома и страхом внешнего мира.

Дети младшего возраста тоже уходят из дома, но эти случаи – довольно редкое явление. И причины таких поступков, как правило, лежат на поверхности. Это может быть действительно серьезное психическое отклонение, но чаще всего обычная манипуляция. Отдельная история — бегство из неблагополучной семьи.

По своей природе дети более терпеливы, они привыкают к системе, в которой находятся. Даже если их постоянно бьют и унижают, они все равно будут держаться возле родителей.

Поэтому если маленький мальчик пускается бродяжничать – это очень тревожный сигнал; значит, дела очень и очень плохи. Представьте, насколько невыносимой должна быть обстановка в семье, если ребенку проще бродяжничать со сверстниками или подпадать под влияние взрослых, чем возвращаться к родителям.

Мама, мы все сошли с ума

Прежде всего, родители как люди взрослые, опытные, умеющие совладать со своим настроением, должны менять систему взаимоотношений, как только наметились первые признаки взросления. Необходимо поощрять ребенка, говорить, что это хорошо, правильно, так должно быть, потому что у подростка нет уверенности, что все происходящее с ним – нормально.

Видимые симптомы взросления – изменения в физиологии — зачастую проходящие довольно болезненно. Например, когда скелет ребенка растет быстрее, чем остальные системы организма, подросток постоянно испытывает ноющие боли, сутулится, этот физический дискомфорт непонятен и неприятен. На уровне психики подросток чувствует, что его никто не понимает и не принимает. Появляются немотивированные приступы агрессии, которые так же быстро пропадают, как и появляются.

Хочется то смеяться, то плакать; то побыть в одиночестве, то потусоваться с друзьями – «качели настроения» доставляют немало беспокойств не только родителям, но и самому ребенку.

У подростка проявляется стремление к завоеванию внешнего мира, утвердиться в среде взрослых и своих сверстников. Почему они такие нигилисты, почему они лезут на рожон и постоянно спорят? Именно так и вырабатывается представление о мире, формируется собственное мнение.

Родителям нужно быть очень осторожными: доверие подростка легко получить и легко потерять. Если раньше ребенок не проявлял асоциальных поступков, то в подростковом возрасте вдруг начинает убегать из дома и выставлять ультиматумы: «Если вы не прекратите заходить в мою комнату, я уйду из дома!»

Но не стоит паниковать и бежать выполнять все требования. Манипулирование — здоровый механизм избегания неприятных ситуаций.

Нездоровое манипулирование – манипулирование суицидальное, когда подросток говорит: я повешусь или порежу себе вены. Оно более опасно, так как ребенок может заиграться: даже если он картинно решил порезать вены, то он просто от незнания может, например, порезать глубже, чем планировал. Подростки совершают такие поступки на показ, как правило, пишут записки, за час до прихода родителей ложатся в ванну… Нельзя сказать, что они это делают осознанно и спланировано. Точнее, они в этот момент находятся в состоянии аффекта, он действительно хочет чего-то добиться, ему действительно плохо. Но нужно сохранять разумное хладнокровие и понимать, что это попытка манипуляции, на самом деле он не хочет себя убивать.

Как вообще отличить суицидальника эпизодического от суицидальника патологического? Последний будет вынашивать план, возможно — делиться с близкими друзьями в социальных сетях, но никогда не станет демонстративно рассказывать об этом направо и налево, и, наверняка, доведет дело до конца.

Демонстративный суицидальник ожидает, что увидит с небес, как его оплакивают близкие. Подросток верит в миф, будто его тело умрет, а душа через некоторое время переродится в другой семье у замечательных родителей, и все будет идеально. Работа с такими детьми должна идти через ключи сознания: «Во-первых, с того света никто не возвращался. Все, что будет происходить после тебя, ты не увидишь. Будущее, которое ты себе намечтал, никогда не наступит – оно невозможно. Ты не встретишь человека, который тебе дорог. Ты не полюбишь, не родишь ребенка, не будешь заниматься любимым делом».

Вот мир, который ты сейчас видишь вокруг себя, останется, но тебя в нем уже не будет. Нужно дорожить своей жизнью, которую проживаешь здесь и сейчас.

Никому ничего не скажу

Если ребенок вдруг взял и ушел без объяснений, то либо родители что-то упустили, либо ребенок слишком хорошо скрывал свои намерения. На самом деле, если родительско-детские отношения не были разрушены в раннем возрасте, дети доверяют родителям. Да, они ссорятся и конфликтуют, нарушают запреты. Но тем не менее, родители – люди, через которых подростки познают внешний мир.

И даже если ребенок совершил нехороший поступок, он два-три дня походит, пожалуется друзьям, но потом все равно расскажет родителям и попросит совета, потому что для него мама с папой — высшая инстанция.

Это тумблер контроля: правильно я думаю и поступаю или нет, Если же ребенок не возвращается, значит, доверие ко взрослым когда-то было утрачено, ребенок испытал предательство.

Мы ведь не задумываемся, когда говорим: я тебе завтра куплю игрушку, книжку, платье… А я завтра не куплю, и послезавтра не куплю, и вообще забуду об обещании через пять минут – эти маленькие предательства накапливаются, но кредит доверия исчерпаем.

Если внешне все благополучно, ребенок ходит в школу, встречается с друзьями, то родителям все равно надо обращать внимание на так называемые продукты деятельности: рисунки, книги, музыку. Они могут быть совсем не безобидными и вызывать множество вопросов. Тревожными сигналами в рисунках являются, например, использование серых цветов, штриховка, изображение маленьких фигур на большом листе бумаги.

Родителям стоит держать ухо в остро также во время разговора:

если подросток на полуслове обрывает беседу, психует, причем немотивированно, — значит, у него есть план, который хочет сохранить с тайне.

Но, к счастью, подросток врать не умеет, поэтому раскусить его хитрости довольно легко.

О сложностях в социальной сфере говорит неожиданное появление приятелей и друзей, которых раньше не было, тем более, если начались поздние прогулки и сомнительные визиты. Например, ребенок общался-общался с одной компанией, потом вдруг со всеми рассорился и обзавелся новыми знакомыми. Это может быть безобидная компания подростков, объединенных общим интересом, а может быть секта с элементами молодежной субкультуры.

В таком случае родителям нужно вытягивать информацию всеми возможными способами, причем ребенка не обязательно посвящать в тонкости разведовательной работы.

Снижение успеваемости в подростковом возрасте – закономерно и объяснимо.

Многие родители жалуются на чадо: вот в начальной школе он был отличником, а сейчас скатился на двойки. Это нормально: появляется другая мотивация и другие интересы.

У него сейчас на уме, как завоевать лидерскую позицию среди сверстников или, если есть более сильный лидер, как сохранить свое место. Отсюда заявления и ультиматумы, кажущиеся нам смешными: если ты дружишь со мной, не ходи с Надей! Это определение принадлежности к своей группе. Но все же родители должны быть в курсе школьных дел своего ребенка: ходить на собрания, общаться с учителями и другими родителями, знакомиться с одноклассниками.

Если ребенок много времени проводит в социальных сетях – тоже сигнал опасности. Конечно, лучше, если детский компьютер не будет запаролен, поэтому родителям стоит пройти компьютерную подготовку, чтобы отслеживать, где сидит их ребенок. Когда есть куча доступных источников информации, ребенку проще спросить не у мамы, а найти ответ в интернете.

Вы можете и не узнать, какие вопросы его интересуют на самом деле, вовремя не дадите нужный совет, не оградите от необдуманного поступка.

Хорошим индикатором являются младшие братья и сестры, они сразу всех сдают. Здесь даже к психологу не надо идти, достаточно поговорить с младшим ребенком. Так проявляется сиблинговое соперничество – соперничество за внимание родителей.

Но дети понимают, что существовать им все же придется вместе, поэтому они подгадывают, когда выгодно дружить с сестрой, чтобы попросить у нее юбку или помаду, а когда выгодно дружить с мамой. Маме нужно очень тонко подходить к этому моменту и брать младших детей в союзники не как доносчиков, а под флагом помощи старшей сестре.

admin

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Наверх