Dr. Born

Чем безупречнее человек снаружи, тем больше демонов у него внутри © Зигмунд Фрейд

Не занималась в школе

У некоторых людей встречаются представления, что если ребёнок не ходит в школу – то дома родителям придётся ему как-то обеспечивать те же 25 учебных часов в неделю (вроде такой норматив для первого класса) плюс «домашняя» работа ещё 4-8 часов в неделю. Так вот, в школе дети проводят столько времени не потому что это неизбежно необходимо для освоения учебной программы, а из-за катастрофически низкого КПД. Достаточно сходить на несколько уроков (или посмотреть видео даже образцово-показательных открытых уроков), и проанализировать деятельность нескольких детей, чтобы убедиться, что из всех 35 минут урока ребёнок занимается чем-то продуктивным в лучшем случае минут 10, а в среднем — минут 5.

Собственно, так я и поступил, посмотрев несколько видео открытых уроков, чтобы освежить собственные воспоминания. Вот ориентировочный расклад для 35-минутного урока первого-второго класса (разумеется, это сугубо моя экспертная оценка):

1. Общая организация процесса

Вошли, сели, успокоились, повозились доставая всё что нужно, убирая что не нужно, угомонились, сосредоточились на учителе – две-три минуты.

«Открыли учебники на странице…» для 30 детей может длиться минуты 2, и повторить инструкцию придётся раза три. При этом те, кто уже открыли и ждут тех, кто ещё не открыл, начинают отвлекаться, в классе начинается лёгкий гул, всех нужно призвать к порядку… И так за урок несколько раз «вылетает» ещё по одной-две минуты.

Естественно, в индивидуальной работе или в малой группе потери на организацию процесса в разы меньше.

Кстати, и с детьми, и со взрослыми существует удивительный психологический эффект, который иллюстрирует «блуждание» внимания людей: если громко, чётко и отчётливо сказать группе даже из 10 людей, которые, как вам кажется, слушают вас, инструкцию типа «откройте методичку на восемнадцатой странице», то неизменно и обязательно кто-то переспросит вас или соседей «что?», «на какой странице?», «что открыть?» И чем больше группа — тем больше внимание аудитории «плавает».

В общем, семь минут на это всё уходит гарантированно.

2. Выслушивание объяснений того, что известно

Учитель объясняет всё так, чтобы это было понятно даже самому распоследнему ученику — с очевидными подробностями, в низком темпе. Практически каждый ребёнок в классе на уроке слушает (точнее, пропускает мимо ушей) что-то уже хорошо известное ему.

Дети, способные воспринимать в высоком темпе, вынуждены слушать ме-е-е-едленные объяснения учителя, рассчитанные на самых медленных.

И проблема не только в том, что ребёнок что-то услышит два раза — проблема в том, что ему скучно, он теряет мотивацию, его внимание рассеивается и «уплывает».

Заложим на такие ситуации хотя бы четыре минуты.

3. Ответы «с места» и у доски

Учителя началки, чтобы хоть как-то контролировать внимание учеников, часто задают вопросы классу, желающие поднимают руки, кто-то из них отвечает.

У этого процесса тоже довольно низкий КПД: задавание вопроса, поднимание рук, выбор отвечающего занимают время, и в итоге только 1 из 30 человек получает возможность что-то сказать. Вот и получается, что если на некие устные ответы во время урока выделено 6 минут, то в среднем каждый ученик говорит 12 секунд. Негусто.

Конечно, зато он слышит ответы товарищей и, теоретически, что-то из них выносит — но при соотношении слушать чужие ответы/отвечать самому в соотношением 1/30 это не слишком эффективно.

Ещё минус три минуты.

4. Ожидание отстающих при самостоятельных заданиях

В школе среди детей есть те, кто побыстрее, и те, кто помедленнее — кто-то в счёте, кто-то в письме или других видах деятельности, а кто-то во всём сразу. Для группы из 30 детей как-то нивелировать эту разницу учителю крайне сложно: даже при желании он не всегда может дифференцировать сложность задания для «быстрых» и «медленных» — задания стандартизованы для всех детей. Соответственно, «быстрые», сделав задание, сидят, ждут и находят себе другие занятия, а «медленные» не получают никакой передышки, работают на пределе своих скоростных возможностей, делая ошибки и не успевая нормально что-либо осваивать (из-за чего им становиться ещё сложнее двигаться дальше по программе).

Те, кто быстро справляются с заданиями, быстро читают, считают и пишут, сразу правильно понимают задания, ждут, пока учитель ещё раз объяснит это отстающим, и пока они наконец-то с этим справятся.

Получается, что темп урока оптимален лишь для некоей прослойки «середнячков». В школе те, кто уже понял и уже сделал, всегда ждут тех, кто ещё не понял и ещё не сделал.

У успешного ученика ещё минут пять «вылетает».

***

Ну что же, у нас осталось 17 минут урока на собственно продуктивную учебную деятельность. Но двигаемся дальше:

5. Примитивные методы преподавания

Школьные методы рассчитаны на массовое «усреднённое» преподавание. То есть этим способом должно быть возможно учить 30 абсолютно разных детей силами самого отстающего выпускника пед. колледжа. Поэтому в основу преподавания заложены самые примитивные алгоритмы: заставить всех сидеть молча — рассказать новую тему как написано в методичке — показать типовое решение на доске — ученики открывают учебники с типовыми упражнениями — ученики отсчитывают четыре клеточки, пишут номер упражнения, переписывают примеры в тетрадь и решают их. Мало кто из взрослых подозревает, что существуют другие методы преподавания.

Проблема в том, что они сложнее стандартизуются, требуют значительной квалификации преподавателя и намного меньшей учебной группы.

6. Неэффективная программа обучения

Чему нужно учить ребёнка, который уже знает буквы и даже умеет читать отдельные слова, но ещё не владеет беглым чтением, на уроке чтения? Нет, конечно же не умению быстро читать, усваивать, осмысливать и запоминать прочитанное!

Ему просто необходимо именно на этом этапе, чтобы стать грамотным человеком, гармоничной личностью и хорошим гражданином, усвоить, что есть пары из звонких и глухих согласных! И как рисовать схемы слов, обозначая квадратиками разных цветов гласные и согласные. И каким-то ещё странным вещам, которые никогда в жизни не пришли бы в голову здравомыслящему человеку, который хотел бы кого-то научить хорошо читать.

Что характерно — и фонетический разбор, и классификацию букв, и рисование схем, уже научившийся бегло читать ребёнок может освоить за часок в совершенстве, а ещё плохо читающий может над этим «зависать» неделями.

Но самое, пожалуй, пагубное в таком содержании обучения — это субъективная бессмысленностью учебной деятельности. То есть ребёнок по принуждению занимается тем, что для него является полной ахинеей и не несёт смысла. И ни учитель, ни родители не объясняют, зачем это надо и какое это имеет отношение к чтению (потому что ребёнок и без этого как-то читает ведь!)

Долго можно говорить и о методике преподавания математики и всего остального.

7. Неучёт возрастных и индивидуальных особенностей, «зон развития»

Ну, понятно, что невозможно для класса из 30 человек хоть как-то учитывать индивидуальные особенности. Что Машенька пока посматривает на пальчики, пытаясь что-то пересчитать, а Петя уже играет в «Монополию» и считает в десятках тысяч. Что Васе ну вообще пока неинтересно и не хочется что-то читать, а Леночка дочитала «Хроники Нарнии». И Машенька, и Петя, и Вася, и Леночка будут изучать сегодня сложение в пределах десятка и читать хором вслух четверостишье про снегиря. Ну а если кому-то хочется изучать насекомых или минералы — то, пожалуйста, в свободное от учёбы время!

Естественно, когда ребёнок занимается тем, к чему он психологически созрел, и что ему интересно — то это во много раз эффективнее, чем когда бьётся головой в ещё закрытую для него дверь.

А то же слитное письмо, например, которому так пытаются научить первоклашек даже ценой неврозов, сколиозов и непомерной нагрузки на зрение, было бы в разы проще изучать на год-два позже. Просто когда-то давно слитное письмо было очень важным навыком, на котором строилось дальнейшее обучение по ряду предметов, кроме того оно очень активно использовалось в жизни, и его всенепременно нужно было освоить в первую очередь.

***

Безусловно, такие потери в какой-то мере неизбежны и при любых альтернативных подходах к обучению — но в этом случае есть масса возможностей поднимать КПД процесса в разы (или хотя бы не опускать его настолько низко), и спокойненько уделять освоению ФГОС для начальной школы час-два в день.

Кружки и секции: ребенок ничем не хочет заниматься

Когда выбор секции — дело исключительно родителей, велика вероятность детского сопротивления. Явного: «Не хочу! Не буду!» Или скрытого, психосоматического, когда в день тренировки то голова болит, то живот, то левая пятка.

Но стоит различать варианты «хочу заниматься чем-то другим» и «ничем не хочу заниматься». В первом в основе лежит сформированный интерес, желание. Во втором — отсутствие интересов, нежелание. Если ребенок совсем ничем не хочет заниматься, тогда занимать его придется родителям.

Говорю это без негативного оттенка, имея в виду, что родители должны увлечь своего малыша, брать его с собой на разного рода мероприятия (если они подходят ему по возрасту), заражать его своим интересом. Ищите то, чем захочется заниматься вместе. Если родители чем-то увлечены в своей жизни, то и ребенок вполне может разделить это увлечение.

Также следует отличать «хочу ходить в эту секцию» от шаткого «то хочу ходить, то не хочу». Пусть это дополнительные занятия, но они не могут зависеть от настроения. Если выбор сделан (и тем более, если выбор сделан самим ребенком), то к занятиям следует подходить ответственно. Не опаздывать, не прогуливать, даже если идти не очень хочется. В этой ситуации родителям уместно напоминать ребенку о предстоящих занятиях, взывать к ответственности, даже настаивать на том, чтобы он собрался и пошел.

Ведь чем чреваты пропуски? Несколько раз пропустил занятия — и уже отстал от остальных детей в группе. Тут же выяснится, что что-то ребенок не умеет, что-то не знает, что-то выполняет хуже остальных. Быть отстающим — неприятно, наверстывать — трудно. И возникает соблазн вообще перестать ходить.

Ребенок хочет бросить кружок или секцию

Как же реагировать, если ребенок категорично заявляет, что он больше не пойдет на занятия, что хочет бросить секцию, детский кружок или музыкальную/художественную школу, даже если изначально это был его выбор? Прежде всего нужно разобраться в причинах. Особенно если смена кружков (смена интересов) происходит часто.

Может быть, ребенку просто хочется все попробовать? Научился плавать, и хватит, буду двигаться дальше. Теперь в городе столько катков — вот бы мне научиться кататься на коньках. Наступила весна, лед растаял — самое время заняться верховой ездой…

Ничего страшного в таких «шатаниях» нет. Пусть ребенок пробует, пусть перебирает. Путь развития в этом случае не вертикальный (всё лучше и лучше, какой-то определенный навык постоянно совершенствуется, оттачивается), а горизонтальный (всё шире и шире, накапливаются различные навыки).

Горизонтальный путь развития не хуже и не лучше вертикального, он просто другой и зависит от характера. Есть люди, которым хочется с головой погрузиться в определенную область знаний — получается узкий специалист. И есть люди, которым нужна не глубина, а многоохватность знаний — про таких обычно говорят, что у них широкий кругозор.

Стоит ли бежать от дискомфорта

Но за формулировкой «не хочу» может скрываться не только возникновение спонтанного интереса к другой деятельности. Причиной отказа посещать занятия может быть ситуация неуспеха, психологического дискомфорта.

Кое-кто таким образом пытается избежать трудностей. Поначалу все нравится, а как только возрастают нагрузка и требования — ленивый ребенок предпочтет уйти… Для других детей важно всегда быть первыми, а если вдруг появится сильный соперник, которого хвалят больше, то также велик посыл сдаться и уйти. Не последнюю роль играют и сложности во взаимоотношениях со сверстниками. А кому-то просто не нравится тренер или преподаватель.

Такого рода проблемы — психологического характера, и переходом в другой кружок их не решить, так как и там ситуация может повториться. Значит, стоит вместе с ребенком поискать выход из сложившейся ситуации, подумать, что изменить в себе, и если уж совсем невмоготу — из кружка или секции можно уйти.

Как вариант, предложите ребенку походить еще месяц, а за месяц все-таки попробовать справиться с проблемами, преодолеть трудности. Может случиться и так, что уходить уже не захочется… В любом случае хорошо, если решение уйти будет не импульсивным, а взвешенным, хорошо продуманным.

Бывают и такие дети, которые просто никуда не хотят ходить. «Интроверты интровертные» — говорят про них. Но вот такие интроверты, то есть личности закрытые, могут увлеченно заниматься чем-то, не выходя из дома: рисуют, вяжут, выжигают, паяют, программируют, эксперименты ставят. Это не про «ничем не хочу заниматься». Это — «хочу всем заниматься дома». Хочет? Пусть занимается!

admin

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Наверх